Людовик. Они имеют право брать столько?

Марешаль. А почему нет? Если ты найдешь более выгодный вариант, я не обижусь. Хочешь, я аннулирую контракт?

Людовик. Нет. Зачем… Я считаю эту сумму несколько завышенной, но когда это так срочно…

Марешаль. Итак, договорились!

Людовик. Договорились!

Марешаль. Ты подпишешь эту бумагу, а остальное в понедельник, когда я вручу тебе чек.

Людовик. Выпьешь что-нибудь? Шотландского?

Марешаль. Да, шотландского.

Людовик наливает ему.

Между нами говоря, эта кончина, которая, безусловно, большое несчастье, произошла в самый подходящий момент.

Людовик. Не очень весело думать об этом, но ты прав. Все-таки плата слишком высока.

Марешаль. На вскрытии выяснилась причина смерти?

Людовик. На вскрытии?…

Марешаль. Что, его не вскрывали?

Людовик. Нет. Он умер от сердечной недостаточности.

Марешаль. Значит, естественной смертью?

Людовик. Совершенно естественной.

Марешаль. Не знаю почему, но я вбил себе в голову, что его вскрывали. Правда, обычно вскрывают только когда ведут следствие. Значит, он здесь?

Людовик (указывая на комнату Вивиан). Он покоится там…

Марешаль. Его фотографии появлялись так редко, что я даже не представляю себе, как он выглядит.

Людовик. Да, он ненавидел сниматься.

Марешаль. Могу я на него взглянуть?

Людовик. Что?

Марешаль. Можно ли мне посмотреть на него?

Людовик. Посмотреть на него! Но… ты же увидишь его в понедельник на выносе.

Марешаль. Но я не смогу зайти днем из-за твоих же дел… Знаешь, как это бывает. Я составил себе представление о нем, и мне хочется проститься с ним.

Людовик. Знаешь, внешность у него была довольно обыкновенная.

Марешаль. Возможно, но у меня о нем свое представление. Вот почему, раз есть такая возможность, мне хотелось бы…