Профессор Гаррон. Хорошо, обещаю.

Люси выходит из спальни и бросается в объятия Людовика. Луиза проходит в спальню Стефана.

Люси (рыдая). Боже мой, я же ушла, не поцеловав его на прощание.

Профессор Гаррон. Уверяю вас, дорогой друг, Стефан вас давно уже простил. Я его хорошо знаю.

Люси. Все-таки… Если бы я знала…

Людовик. Профессор прав. У твоего отца были недостатки, он был скуп, лгал, но он не был злым человеком.

Люси. Да, правда. Он бывал резким, но никогда не был злым.

Людовик. Он даже и резким не был.

Люси. Нет, был. Доказательство – сегодняшний вечер. Как он с тобой обращался! Он был даже жесток. Он унижал тебя!

Людовик. Чтобы меня оскорбить, этого мало.

Люси. Я так страдала за тебя, когда он указал тебе на дверь.

Людовик. Но ты же видела, как я это воспринял?

Люси. Ты был великолепен!

Луиза выходит из спальни Стефана и прерывает эту трогательную сцену.

Луиза. Кто-нибудь поможет мне одеть его?

Люси делает движение, но профессор Гаррон останавливает ее.

Профессор Гаррон. Позвольте мне. Стефан был и моим другом. (Уходит в спальню вместе с Луизой.)

После их ухода Людовик закуривает сигару и не может скрыть своего удовлетворения.

Люси (сморкаясь). Я чувствую, что не выдержу… Смерть папы и все твои денежные неприятности – это уже слишком…

Людовик. Я знаю, это очень трудно, но поверь мне еще один раз… Возможно, наши дела налаживаются.

Люси. Ты действительно думаешь, что к понедельнику достанешь эти деньги?

Людовик. Вполне возможно.

Люси. Два месяца ты по всему Парижу ищешь эти двести миллионов! Какие у тебя основания считать, что ты найдешь их к понедельнику? Боюсь, что в понедельник вечером ты окажешься в тюрьме. Вот все, что нас ждет.

Людовик. Да нет же, теперь я не сяду с тюрьму.

Люси. Ты фантазируешь, Людовик! Ты забыл, что сказал судья?