Но так, как Чидли, этого не делал никто! Он умел фантазировать, этот мужик! У него было все, что нужно для любви — фантазия, сила, деньги… ну и, конечно, подходящие инструменты. Плюс ко всему, я влюбилась в него до беспамятства. А когда влюблена, уже не важны ни фантазия, ни сила, ни деньги, ни… нет, без подходящих инструментов все-таки не обойтись…

Он много разъезжал — по всей Вест-Индии — и повсюду таскал меня с собой. Да и можно ли было оставить дома такую красавицу? Ах! Больше уже никогда не было у меня таких платьев, таких перстней и ожерелий!..

Муж. Подумаешь! Будто я тебе колечков не дарил! И бусы янтарные.

Жена. А какие балы давали тогда в Санто-Доминго, на Барбадосе, и на Ямайке! Особенно на Ямайке… Весь цвет вест-индского общества. И я — королева бала, красавица Анна Бонни, гордая повелительница Чидли Баярда! Весь мир лежал у моих ног. Пока я не заехала в морду этой расфуфыренной идиотке.

Муж. Кому-кому?

Жена. Свояченице ямайского губернатора. Она подкатилась ко мне в самом начале бала, прямо после менуэта. "Скажите, милочка, а кем именно вы приходитесь мистеру Баярду?" Фе-фе-фе… губку оттопырила, ручку отставила, лорнетик нацелила, стоит, газы пускает. Ах ты, думаю, сучка нетоптанная… Отставила я ручку таким же макаром, губки еще дальше ейного оттопырила и говорю: "А мистеру Баярду, ваше королевское высочество, я прихожусь дыркой, с вашего всемилостивейшего позволения. Прихожусь и снизу, и сверху, и сбоку, и на столе и на полу, и на палубе, а повезет до кровати добежать, то и там, на кровати. Соблаговолите придти посмотреть, авось и вы чему-нибудь научитесь."