НИНА СЕРГЕЕВНА. Мне плевать, что они буровят. Я не памятник. Это вы все – памятники. Срёте мрамором давно уже все до одного. А я простая, как мыло. Была. Была, есть и буду. Ну и что, что суфлер. Зато я – белая и пушистая, чистая и прозрачная, честная и откровенная.

ВЕРА ИВАНОВНА. Умная и совестливая.

НИНА СЕРГЕЕВНА. Отличная и замечательная.

ВЕРА ИВАНОВНА. Суперская-распресуперская.

НИНА СЕРГЕЕВНА. Трёшь, мнёшь, шире-дале. Не вопрос – суперская. Сомневаешься? Ну, что?

ВЕРА ИВАНОВНА. Да, да.

НИНА СЕРГЕЕВНА. Что – да-да?

ВЕРА ИВАНОВНА. Я только сказала – да-да.

НИНА СЕРГЕЕВНА. Вот и не «дадакай». Чего надо, короче?

ВЕРА ИВАНОВНА. Я …

НИНА СЕРГЕЕВНА. Так, короче, чего тебе надо, зачем позвала, великая артистка Ермолова?

ВЕРА ИВАНОВНА. Ты моя лучшая подруга.

НИНА СЕРГЕЕВНА. Давно это?

ВЕРА ИВАНОВНА. Послушай …

НИНА СЕРГЕЕВНА. Ну, не вопрос – слушаю. Тормозишь чего-то, давай короче, ну?

Пауза.

ВЕРА ИВАНОВНА (встала, красиво ломает руки). Нина! Ниночка! Я бы даже сказала: Нина Сергеевна! Я пригласила тебя, чтобы ты помогла! О! О! О! Ели бы ты знала, насколько это всеобъемлюще важно!

НИНА СЕРГЕЕВНА. А?

ВЕРА ИВАНОВНА. Всеобъемлюще, Ниночка! Всеобъемлюще, понимаешь?

НИНА СЕРГЕЕВНА. Не вопрос. У меня нет денег.

ВЕРА ИВАНОВНА. Нина, ну помолчи.

НИНА СЕРГЕЕВНА. Дак не вопрос - раз нет у меня денег. Ты – знаменитая артистка. А я простой суфлер, принеси-подай, никто, ничто и звать меня «Никак». Откуда у меня деньги будут? Ко мне все идут: дай, дай, дай, сын, внук, а я где возьму?