ХАНС читает до конца Памятуя о прошлых заслугах пфальцграфа, мы готовы приписать его оплошность влиянию бывшей супруги. Однако, учитывая, что пфальцграф добросовестно избавился от дурного влияния, мы в заключение сообщаем, что рекомендовали нашему Синоду ограничить время траура Зигфрида по названной Геновеве сроком в три дня. По истечении сего срока пфальцграф может вступить в новый брак.

БРИГИТТА срывает с Зигфрида штаны Я справилась с этой тряпкой.

Голо.

БРИГИТТА А вот и рыцарь Голо с тазом. Теперь мы наложим вам припарочку, она вытянет гной из ягодиц. Самое страшное позади, пфальцграф. Теперь последуют вещи приятные, но прошу не распускать нюни.

ЗИГФРИД Вы слишком добры, но …

БРИГИТТА Не распускать нюни. Во второй раз я этого не допущу. Больше никаких диких авантюр, никакой игры в спасение отечества. Что ему понадобилось на войне? Если охота размяться, пусть едет на охоту.

ХАНС В самом деле, видите, как благородная дама Бригитта печется о вашей чести. Она не сопротивляется вашей воле. Нежность ее черт, гибкость ее фигуры суть воплощение покорности, а ведь только покорность придает прелесть слабому полу. Женская красота образуется не на поверхности. Внешность вообще ничего не значит. Гордой красоты не бывает, особенно у женщин.

ЗИГФРИД Разве мы считали Геновеву дурнушкой?

ХАНС Чепуха. Никто не считал ее дурнушкой. Она была молодой и дочерью герцога. Но она была тщеславной, самовлюбленной и властолюбивой. Жажда власти исказила ее черты, в этом смысле она была безобразной. Кроме того, у нее был резкий голос, волосы мышиного цвета и своеобразно вялая грудь.

ЗИГФРИД По правде говоря, с ней не было ни сладу, ни ладу.

ХАНС Да, вы явно идете на поправку.

ЗИГФРИД Господин Ханс, господин Голо и вы, госпожа Бригитта…

БРИГИТТА Голову ниже.

ЗИГФРИД Император пожурил меня, но не оттолкнул. Моя супружеская слабость преодолена, и даже заднице полегчало. Этот день, дорогие друзья, начался так мрачно, но теперь я понимаю, что рад. Какой поворот.