ПАМЕЛА. Нехорошо, господин Тэннер, нехорошо. Мыши бегают по всему подвалу, а здоровый сильный непьющий кот спокойно спит в кресле... Ай-ай-ай! Что с вами, сэр? или вы решили стать вегетарианцем? Сейчас проверим... (Лезет в сумку, достает что-то завернутое в бумажку). Посмотрим, как вы отнесетесь к этому кусочку печенки... Ага! Сразу замурлыкали, сэр? Значит, вы не вегетарианец, а просто лентяй... (Режет печенку на столе). Замечательный кусочек! Эти мясники своем обнаглели — выбрасывать такие куски в помойку... Он почти свежий... (Сваливает куски мяса в газетку). Нет, нет, господин Тэннер, завтракать вы будете не здесь, а как и положено, на кухне... Не волнуйтесь, прямо с газетки все и съедите... (Взглянула на заголовок). Что это у нас?.. Сегодняшняя «Геральд трибюн»... Поздравляю вас, сэр, вы будете смотреть совершенно свежую газету и есть почти свежий продукт... (Берет кота подмышку, уходит на кухню).
Слышен стук в дверь.
ЧЕЛОВЕК ТЕАТРА (заглянув в текст). «Слышен стук в дверь. Затем появляются двое: мужчина и девушка».
Появляются мужчина и девушка.
(Читает). «Девушка — ее зовут Глория Гулок, одета экстравагантно, накрашена сильно, сверх меры, можно сказать «размалевана», мужчина — Брэд Виннер — тридцати лет, худощав и красив, при первом взгляде можно подумать, что это преуспевающий джентльмен, при ближайшем рассмотрении понимаешь, что ошибся...»
ГЛОРИЯ. Памела! Памела, где вы?
БРЭД (оглядываясь). По-моему, здесь никого нет... (Смотрит на ЧЕЛОВЕКА ТЕАТРА). Абсолютно никого.
ЧЕЛОВЕК ТЕАТРА (глядит в текст пьесы). «Брэд оглядывает подвал и убеждается, что никого нет»... (Со вздохом, в зал). Ладно. Автору видней. (Уходит).
БРЭД. Я говорю, здесь никого нет и быть не может. Здесь невозможно жить.
ГЛОРИЯ (подходит и столу, кладет на него сумку). А они живут.
БРЭД. Они?