Люся. Сменим правовое поле. Теперь наши роли именуются так… Женщина и Мужчина.

Гена. Я все понял. Мы переходим в поле Семейного кодекса.

Люся. Скорее — внесемейного. Погоди минутку, я только загляну в ванную, приведу себя в наилучший вид.

Уходит в ванную. Гена, подумав, поворачивает лицом к стене фотографию жену и располагается на диване, незаметно для себя выронив из кармана кольцо.

Гена (громко, чтобы его голос был слышен в ванной). А как вам удавалось все это время избежать скандалов? Не хочешь же ты сказать, что я был первым капризным клиентом?

Люся (из ванной). Нет, конечно. Но у нас очень солидная крыша. Не буду называть имен… меньше знаешь — крепче спишь… (Выходит из ванной в роскошном халате, с распущенными волосами.) Ну, как я тебе?..

Звучит музыка, и весь дальнейший диалог-танец исполняется в ритме рокового танго.

Гена. Погоди, ты зачем одела Крыськин халат?

Люся. Мстить, так мстить, мой сладкий… А потом, это неинтересно — сразу выходить голой. Ну, Геночка, на чем тогда мы с тобой остановились там, на сеновале?

Гена. На чем мы остановились?

Люся. Да, на чем мы остановились?.. (Вытаскивает из кармана халата какую-то бумажку.) А это что за записка?

Гена. А ну, дай! (Отбирает бумажку.)

Люся. Тише ты, оглашенный! Не очень-то она мне и нужна.

Гена (читает). «Гена! Не забудь выбросить ведро! До встречи! Целую! Крыся!»

Люся. Господи, в какого подкаблучника она тебя превратила! Если б она не ушла сама, ты просто обязан был бы ее бросить.

Гена (перечитывает). «Крыся! Целую!… До встречи!»