З а н а в е с

Действие третье

Гостиная в том же доме. День.

Войницкий, Соня (сидят) и Леночка (ходит по сцене, о чем-то думая).

Войницкий. Герр диссидент изволил выразить желание, чтобы сегодня все мы собрались вот здесь к часу дня. (Смотрит на часы.) Без четверти час. Хочет о чем-то поведать миру.

Леночка. Зачем же вот так, сразу. Может, у него дело какое есть, важное.

Войницкий. Нет у него никаких дел. Пишет чепуху, брюзжит и ревнует, больше ничего.

Соня (с упреком). Дядя!

Войницкий. Ладно, не буду… (Леночке) Да перестаньте вы перед глазами мелькать как маятник! Занялись бы чем-нибудь, ей-Богу… Вас ведь уже шатает от скуки и безделья. Как так можно?

Леночка (останавливается и некоторое время только беспомощно и беззвучно разводит руками). Как так можно? Как так можно? Да куда ж мне податься-то? Ну скажите, если вы такие умные. Ну скажите… Думаете, мне легко? Думаете, мне хорошо тут, в дыре этой, сидеть невылазно? В поселении этом осажденном, откуда носу не высунуть — того гляди, пристрелят? (со слезами в голосе) Я ж не старая еще, мне жить хочется… детей… мужа… Ну дура я, дура… — довольны? (закрывает лицо руками) Господи, да за что же мне наказание такое? (плачет)

Войницкий (встает, в смущении). Леночка… (подходит к ней, пытается успокоить) Леночка, ну извините, ради Бога… Ну простите вы меня, ну сморозил глупость…

Леночка (вырывается). Не трогайте меня! Отстаньте!

Войницкий (в еще большем смущении). Ну вот… Осел я старый… Соня, ну сделай же что-нибудь…