Берлинг. Ну конечно; я уже говорил об этом несколько минут назад.

Джеральд. Но тут мы ничем не можем вам помочь, потому что нам ничего не известно.

Инспектор (медленно). Вы уверены, что вам ничего не известно? (Смотрит на Джеральда, потом переводит взгляд на Эрика, потом — на Шейлу.)

Берлинг. Вы что же, хотите сказать, что кому-то из них известно что-то еще об этой девушке?

Инспектор. Да.

Берлинг. Выходит, вы явились сюда не только для разговора со мной?

Инспектор. Нет, не только.

Остальные четверо обмениваются недоуменными и тревожными взглядами.

Берлинг (подчеркнуто меняя свой тон). Ну, знай я об этом раньше, я, разумеется, не упрекнул бы вас в назойливости и не пригрозил бы, что буду на вас жаловаться. Надеюсь, вы понимаете меня, инспектор? Мне показалось, что по какой-то одному вам известной причине вы стараетесь придать непомерно большое значение тем скудным сведениям, которые я мог сообщить вам. Прошу прощения. Это меняет все дело. А вы уверены в достоверности фактов, которыми располагаете?

Инспектор. Некоторые из них вполне достоверны.

Берлинг. Не думаю, чтобы они имели сколько-нибудь существенное значение.

Инспектор. Но ведь девушка-то умерла.

Шейла. Что вы хотите сказать? Вы говорите так, словно мы виноваты в…

Берлинг (перебивая). Погоди, Шейла. Послушайте-ка, инспектор: не лучше ли будет, если мы с вами уединимся и спокойно обсудим все с глазу на глаз…