— Пашка… где же ты?

7.

Павлик развел костер, в котором пек себе на ужин картошку.

Он услышал далекий Мишкин крик:

— Па-ашка!

Он подскочил на месте и оглянулся, пытаясь определить, откуда доносится крик.

Он боялся кричать так громко, как его друг, он просто побежал туда, откуда, как ему казалось, слышался его голос.

— Пашка!  голосил Мишка где-то совсем поблизости.

Наконец Павлик увидел его.

— Тихо ты! — прошептал он ему из-за кустов, — Иди сюда.

Мишка кинулся к нему, обнял.

— Я думал, что не найду тебя, что они тебя убили, — всхлипывал Мишка.

— Зачем же ты орал? Они могли услышать тебя.

— Зачем орал! — передразнил Мишка, — Не мог найти в темноте твое чертово кладбище!

— Не мог найти? — удивился Павлик, — Да ты ж на нем находишься.

Мишка огляделся и не поверил своим глазам.

Действительно… вокруг него со всех сторон эти покосившиеся могилы.

Он стоял и хлопал глазами и не знал, чего сказать.

— Пошли.

8.

Павлик привел Мишку к своему костру.

— Картошку будешь?

— Угу. Где взял?

Павлик хихикнул.

— Где-где… в Караганде! Маленький что ли?

— Наворовал? — удивился Мишка, вытаскивая палочкой из углей испекшуюся картошку, — Это там, на огородах? А сторож?

— Что там в городе происходит?

— Твоя бабушка пошла в милицию, заявила что ты пропал. И меня допрашивали. Но я ничего не сказал… Я потом бегал к дому старика, там только пепелище.

— Они убили старика, — произнес Пашка, — И я это видел… Помнишь Пескаря?

— Это такой тощий и ушастый?

— Ну да. Это он убил старика. Ножом.

— Вот это да, — выдохнул Мишка.

— Меня они тоже хотели убить, но я смог убежать. Пескарь взял и рухнул рядом со стариком. Как мертвый.