Велик-боярин. Выбегла бы на крик: знать, вправду дома нету.

Лавруша (оправившись). Истинно, государь, нету: у Нащокиных — хоть туда поезжай.

Велик-боярин. Ладно. (Своим.) Айда! На Москве сыщем. (Идет.)

Подьячий. А все бы, государь…

Велик-боярин (остановился). Не учи курицу, сама яйца носит. — Айда!

Уходит Beлик-боярин, за ним и другие.

Лавруша (один). Ушли ли? (Осматривается и начинает прыгать.) Ушли, ушли, ай-люли, ушли! — А ухо-то — шибче, чем братец. Ладно ль соврал-то? Ой, и сам не помню. Братец спросит — что ответить, не знаю. Со страху намолол что-то. Да ладно — ушли! А теперь спать. И темно уж. Скоро засну. После слез спится, заметил. (Ложится и начинает засыпать.) Сестрица гостинцев… много, много… ухо-то… все гостинцы горят, все надранные… каки ушки-те, сладкие, хорошие! (Уснул.)

Занавес опускается.

Действие второе

Действующие лица

ФРОЛ, под видом ворожеи.

АННУШКА, стольничья Нардын-Нащокина дочка.

ВАРЮША.

МАМКА.

ГРУША }

МАША }девушки в гостях у Аннушки.

МАВРУША }

ДАША } сенные девушки.

ГОСТЬИ; СЕННЫЕ ДЕВУШКИ.

Светлица в Нащокинском терему.

Мавруша, Даша и другие сенные убирают светлицу. В светлице налево стол, на нем стоит зеркало, подле лежит другое поменьше; приготовлены две свечи в подсвечниках. Двое дверей прямо и сбоку. При поднятии занавеса, за сценой слышны звонкие бубенцы; девушки бегут к окнам; Мавруша, вскрикивая: «Ой, кто это?» бежит в двери. Из боковых дверей входит мамка.