ДОКТОР. Ну, в общем-то этого было даже слишком много.

МАРГАРИТА. Но зато это было, было, доктор! А теперь — радуйтесь, в стране осталась какая-нибудь тысяча стариков. И все они мрут, как тараканы от дуста, пока я вам это говорю.

ДЖУЛЬЕТТА. Господи, страсти-то какие!

МАРИЯ (мечтательно). Но у нас еще осталось сорок пять молодых людей...

МАРГАРИТА. Ага. Это те, которых не пожелали принять соседние страны. Их просто насильно, пинками, выдворили к нам обратно. А кроме того, и они страшно быстро стареют. Двадцатилетним юношам через два-три дня исполняется шестьдесят. Вы же не станете утверждать, что это нормально. Но и они мрут, пока я вам всё это расчефрениваю.

МАРИЯ. Но король — он ведь еще совсем молодой!

СТРАЖ. Король молодой!

Марш. Все поют и принимают картинные позы.

ПЕРВЫЙ ВЫХОД КОРОЛЯ

СТРАЖ. Его Величество король Беранже Первый. Да здравствует Король!

КОРОЛЬ (пытаясь говорить небрежно). У меня что-то постоянно происходит с ногами. Очевидно, я простудился. У нас дикий сквозняк по всем этим трубам. Боже мой, что это за трещина? По-моему, вчера этого не было. Потрясающе. Дворец просто на глазах превращается в исторические руины. Ха-ха. — Ой. (Схватился за бок и скорчился от боли.)

ДОКТОР. Ваше величество, ЭТА трещина появилась сегодня ночью.

КОРОЛЬ (сварливо). Кстати, доктор, я ужасно, отвратительно спал сегодня. Если вообще можно назвать сном это полубезумное существование. Какие-то постоянные кошмары среди всеобщей грязи и сырости. Какие-то бесконечные потоки воды... И такое ощущение, что никак нельзя выбраться из этого болота.

ДОКТОР. В общем-то, это соответствует действительности, Ваше величество.

КОРОЛЬ. Я это знаю, доктор. Но всё не так безнадежно, как в снах. Мне просто необходима какая-то временная помощь. Впрочем, я буквально на днях жду одного очень известного инженера-иностранца. Да вы его знаете. — Впрочем, это неважно.