ДОКТОР. Вваше величество...

КОРОЛЬ. Не может быть ничего ненормального, потому что у нас всё ненормальное уже давно стало обычным. Ха-ха, — ой.

МАРИЯ. Мой государь, вы покачнулись?! Я... поддержу вас, вам больно!

КОРОЛЬ. С чего ты взяла, любовь моя неземная, что мне больно? Не надо меня подпирать. Да, я немного приустал, я приустал. Но я не хочу, чтобы меня вообще хоть кто-нибудь поддерживал. Иди. Хотя ты знаешь, что я всегда рад, когда ты рядом. Где-нибудь.

МАРГАРИТА. Государь! То, что мы сейчас вам официально сообщим, имеет государственное отношение к вашей усталости.

КОРОЛЬ. Да? А почему официальное?

МАРИЯ. То, что она сейчас скажет, это неправда!

КОРОЛЬ. Мария!

МАРГАРИТА. Государь, вас официально ставят в известность, что вы умрете.

ОБЩИЙ ПЕРЕПОЛОХ

КОРОЛЬ. Что происходит?

СТРАЖ. Государь.

КОРОЛЬ. Ну что?

СТРАЖ. Да вас официально ставят в известность, что вы умрете. (Удар по трубам.)

КОРОЛЬ (неожиданно просто). Но я давно это знаю. Это само собой разумеется. И вы все умрете, естественно. И вы, надеюсь, помните об этом. (Постепенно распаляясь.) К чему долдонить прописные истины? Вам что, больше не на что себя употребить? Да, я умру. И вы, кстати, обязаны по конституции напомнить мне об этом, естественно, когда подойдет срок. Что за идиотская манера появилась у вас, Маргарита, хамить мне с раннего утра?

МАРГАРИТА. Сейчас не раннее утро, государь. Уже полдень.

КОРОЛЬ. О?! Собственное достоинство?

МАРГАРИТА. Да!

КОРОЛЬ. Для тебя сейчас полдень, — ты забыла добавить. А для меня всё еще утро. А для кого-то вообще, может быть, еще и ночь. На другом полушарии Земли.

ДЖУЛЬЕТТА. Да я вообще не могу заснуть эти дни!

КОРОЛЬ. А тебя никто не спрашивает. — Но и это не важно. Важно то, что я до сих пор ничего не ел. Важно то, что у меня в спальне полно паутины. Её никто не выметает. Мне надоело не реагировать на ваше хамство.