Абби. Ты такой вылизанный, как бык на выставке.

Эбин (насмешливо). А сами-то вы не бог весть что!

Смотрят друг другу в глаза. Они захлестнуты внезапным порывом страсти.

Абби (мягко). Ты же так не думаешь. Может, ты и хотел бы, да не выходит. Это против природы! С самого первого дня, как мы встретились, ты борешься с ней, все стараешься убедить себя, что я не нравлюсь тебе. (Не сводя с него глаз, тихо смеется и умолкает. Затем, страстно поводя бедрами, шепчет.) Разве солнце уже остыло и не светит? Ты же чувствуешь, как оно опаляет землю. Заставляет расти все вокруг, тянуться к нему. Опалило оно и твою душу, пробудило желание тянуться… Слиться с кем-нибудь. Ты противишься, но природа берет свое, заставляет тебя, как эти деревья, как эти вязы, стремиться к кому-нибудь.

Эбин (пытается освободиться от ее чар; смущенно). Если бы отец слышал ваши слова… (Резко.) Впрочем, вы так заморочили старику голову…

Абби (смеется). Разве тебе не легче от того, что он стал мягче?

Эбин (с вызовом). Нет. До сих пор я боролся с ним одним, теперь — и с ним и с вами. Я должен отстоять права моей матери — мои права на этот дом. (Освободившись от ее чар, распаляется.) Меня вам не одурачить. Вы хотите заграбастать все и сделать своим. Вы убедитесь, что я — орешек не по вашим зубам. (Отворачивается с усмешкой.)

Абби (пытаясь восстановить власть над ним, вкрадчиво). Эбин…

Эбин (направляясь к двери). Нам не о чем говорить.

Абби (повелительно). Эбин!

Эбин (останавливается, грубо). Что вам надо?

Абби (стараясь скрыть растущее волнение). Куда ты идешь?

Эбин (с нарочитым безразличием). Погулять.