Бетти(торжествующе). Я знаю откуда. (Фреде). Вы ее ему подарили.

Все смотрят на Фреду.

Роберт. Это правда, Фреда?

Фреда(невозмутимо). Да, я ее ему подарила.

Роберт. Странно! Я хочу сказать, странен не сам по себе подарок какой-то папиросницы – почему бы тебе и не подарить. Странно, что ты никогда об этом не упоминала. Когда ты ему ее подарила? Где раздобыла?

Фреда(по-прежнему с полным самообладанием). Это тоже все очень просто. Помнишь день накануне той ужасной субботы? Ты был тогда в городе, и я приехала туда на один день. Там-то я случайно и увидела эту шкатулку в антикварном магазине. Мне она показалась занятной и стоила довольно дешево, я и купила ее для Мартина.

Роберт. Магазин сам отправил ее Мартину в Фоллоус-Энд – так, что ли? Поэтому он не мог получить ее раньше той роковой субботы?

Фреда. Да.

Роберт. Тогда понятно.

Гордон. Прошу прощения, Фреда, но все это совсем не так очевидно, как вы говорите. Вы не должны забывать, что я как раз был у Мартина в коттедже утром в ту субботу.

Роберт. Ну, так что же?

Гордон. А то, что я был там в то время, когда с почты вместе с письмами пришли посылки. Помню, Мартин получил посылку с книгами от Джека Брукфильда, – я не могу забыть ни одной подробности того утра, да и вы бы не забыли, доведись вам пройти через этот проклятый допрос, как мне, – но шкатулки там не было.

Фреда. Наверно, ее прислали не с утренней, а с дневной почтой, только и всего. Какая разница?

Гордон. Конечно, никакой, дорогая Фреда, за исключением лишь той маленькой разницы, что в Фоллоус-Энд посылки никогда не приходят с дневной почтой.