Фреда. А разве я была последней?

Роберт. Очевидно.

Фреда. Ну, а как же тогда Олуэн?

Роберт. Олуэн… ах да, папиросница!

Фреда. Да, именно, – папиросница. Мартин получил ее только после чая в ту субботу, а Олуэн призналась, что он показывал эту папиросницу ей.

Бетти(которой явно неприятно все это разбирательство). Ничего подобного, она сказала лишь, что видела, возможно, похожую, и я предлагаю поверить ей и покончить с разговорами.

Мисс Мокридж. Нет, нет, миссис Уайтхауз.

Бетти. Нет, да. А то чем дальше, тем все хуже и хуже.

Стэнтон. И я поддерживаю предложение покончить с этим.

Роберт. А я – нет!

Бетти. Но, Роберт…

Роберт. Мне очень жаль, Бетти… и хотя к вам это не имеет отношения и никак не может затронуть… но Мартин был моим братом и мне не нравится весь этот туман. Я имею право знать все.

Олуэн. Хорошо, Роберт. Но вам обязательно знать все теперь?

Фреда(холодно). Я лично не вижу в этом необходимости. Как не видела необходимости и в том, чтобы меня допрашивали для явного развлечения всех присутствующих. Но поскольку теперь ваша очередь, Олуэн, я не сомневаюсь, что Роберт будет не столь суров.

Роберт. Не понимаю, зачем ты это говоришь, Фреда.

Олуэн. Я уверена, что вы не понимаете этого, Роберт.

Фреда(теперь наступила ее очередь допрашивать). Вы могли бы кое-что прояснить, Олуэн. Вы говорили, что Мартин показывал вам папиросницу, не так ли? В таком случае вы должны были видеться с ним и быть в коттедже в ту самую субботу вечером.