Ангелика. Неправда!

Маттес. Уж поверь.

Ангелика. Я сама его спрошу. И плохо ему придется, если это так. Тогда я его в дым раскритикую!

Маттес. Лучше займись черной работой и воспитай из него настоящего начальника. Не горюй. Ведь ты попала прямиком к самому базису. (Приветственно поднимает кружку с молоком.) Добро пожаловать в Труцлафф, самый забытый уголок в глуши нашей области!

Ангелика. Спасибо. Ну а что касается этих пересудов — ты что-нибудь знал об этом?

Маттес. Еще бы.

Ангелика. И давно у вас рассказывают подобные небылицы?

Маттес. Да целую вечность!

Ангелика (недовольно). А поточнее?

Маттес. Если быть точным — впервые это документально засвидетельствовано в тысяча шестьсот восемьдесят первом году. Об этом говорится в первой церковной хронике нашей деревни. И с тех пор почти в каждой последующей. (С явным удовольствием.) Обязательно сопровождается выражением священного гнева и клеймится как языческая ересь.

Ангелика. И все же я не очень понимаю…

Маттес. Это и вправду очень старая история. Иногда кажется, что она наконец забыта, а после вдруг глядишь — ожила. И люди по всей местности начинают шушукаться: «У Маттеса — двойная личина!» И так о каждом следующем по счету Маттесе. В данном случае обо мне.

Ангелика (растерянно). Что за двойная личина?

Маттес. Человек с двойной личиной всех насквозь видит. И самое тайное ему открыто. Он предвидит то, что еще не произошло, и может заглянуть в самое отдаленное будущее.

Ангелика (смеется). Фантастика! Прогнозист от рождения! Тебе надо было работать в государственной плановой комиссии!