Вайн: (осторожно протягивая ручку Крисчену) Вот здесь, пожалуйста.

Крисчен: (возвращаясь взглядом к бумагам, будто пробуждаясь ото сна) Спасибо.

Вайн: Для человека моей профессии я работаю не совсем обычно. У меня большой опыт общения с людьми, потерявшими близких, и если от меня потребуется какая-либо исключительная помощь, то я действительно рад оказать ее. Вы должны это понять. Если вам понадобится что-либо от меня. Только попросите. Я тотчас же помогу.

Крисчен: Вы очень внимательны ко мне.

Вайн: Мы делаем всё, что в наших силах, мистер Крисчен. Всё, что возможно. Мы понимаем вашу скорбь. Похороны состоятся в Гринлоне. Вы хорошо знаете Нью-Йорк?

Крисчен: Да, я родился здесь.

Вайн: Значит вы должны знать Гринлон. Это одно из самых приятных кладбищ в мире — там часто гуляют горожане и даже туристы. Это парк, пышущий зеленью. За стеной кладбища проложены дорожки для спортивных тренировок. Моя жена тоже похоронена в Гринлоне — вечный покой, благодатная тишина. Мы понимаем вашу скорбь, мистер Крисчен. Я обо всём позабочусь, позже мы с вами обсудим все обстоятельства похорон. Ритуал будет проходить под моим личным руководством. Погребение состоится тогда, когда вам будет угодно.

Крисчен: Нельзя ли всё устроить завтра утром?

Вайн: Конечно. Только нужно назначить время для панихиды. Объявление о похоронах будет опубликовано завтра в «Дейли Ньюс». Нужно хотя бы два часа, чтобы люди успели добраться сюда.

Крисчен: Я буду один на похоронах.

Вайн: Как?