К какой-то цели все неясной и высокой Стремится он неопытной душой; Но если речь зайдет о воинской отваге Или любви коснется разговор, Его рука уже на шпаге, Огнем горит орлиный взор. Как он хорош в толпе придворной, Одетый в бархат и атлас, Когда он клонит так притворно Свой взор при встрече женских глаз! Зато как иногда он смело На них украдкою глядит! Сам бредит о любви, а кровь кипит, кипит… О молодость моя, куда ты улетела! Вы правы, господа! На утре бытия Мечтателем когда-то был и я, Пока не преступил небесного предела!

Духи

О Сатана, кого назвал ты нам! Сей дон Жуан любимец есть природы, Он призван к подвигам и благостным делам, Пред ним преклонятся народы, Он будет славен до конца, Он стражей огражден небесной неприступно, К нему ты не прострешь руки своей преступной — Познай: сей дон Жуан избранник есть творца!

Сатана

Мой также. Я давно его заметил. Я знаю, сколь удел его в грядущем светел, И, юношу всем сердцем возлюбя, Я сделаю его похожим на себя.

Духи

Но где же власть твоя? Где сила?

Сатана

Оно и не легко. И дорого, да мило! Послушайте. Во всем я к точности привык. Ведь каждый данный пункт, характер или лик Мы можем мысленно, по нашему капризу, И кверху продолжить и книзу. Я часто сам от скуки наблюдал, Как иногда моя меняется натура: