3 и н и д а. Да. Но я не люблю, когда мне льстят.

Г о с п о д и н. Это не лесть!

М а н ч и н и. Ты просто не привыкла к людям из общества, душа моя! Лесть! Господин искренно и в прекрасных словах выражает свой восторг, а ты… это невоспитанность, Зинида. Что касается меня…

Входят К о н с у э л л а и Б е з а н о в костюмах.

К о н с у э л л а . Ты здесь, папа?

М а н ч и н и. Да, дитя мое, ты не устала? (Целует ее в лоб.) Моя дочь, сударь, графиня Вероника, по сцене знаменитейшая Консуэлла, царица танго на конях… изволили видеть?

Г о с п о д и н (кланяясь). Я был восхищен… Изумительно.

М а н ч и н и. Да, это признано всеми. А как вам нравится имя? Consuelo! Я взял его из романа госпожи Жорж Занд, оно значит – «утешение».

Г о с п о д и н. Какая блестящая начитанность!

М а н ч и н и. О, пустяки. Несмотря на ваше эксцентричное желание, я вижу, сударь, что вы человек моего круга; и должен вам сказать, что только роковые несчастья древнего рода… Sic transit gloria mundi

К о н с у э л л а . Надоел, папа. А где же мой платок, Альфред?

Б е з а н о. Вот, возьми.

К о н с у э л л а (господину). Это настоящий венецианский – вам нравится?

Г о с п о д и н (вторично кланяясь Консуэлле). Мои глаза ослеплены. Такая красота! Нет, папа Брике, чем больше я смотрю, тем больше хочу остаться с вами. (Делает тупое лицо простака.) С одной стороны – граф, с другой…

Д ж е к с о н (одобряя). Это недурно. Послушай, раскинь же мозгами, придумай, кем ты можешь быть. Здесь каждый думает за себя.

Молчание. Господин думает, приложив палец ко лбу.

Г о с п о д и н. Придумать, придумать… Эврика!

П о л и. Это значит: нашел. Ну?

Г о с п о д и н. Эврика! Я буду у вас тем, который получает пощечины.