СТЕЛЛА. Да. Другой породы.

БЛАНШ. Какой же?

СТЕЛЛА. Как расскажешь о человеке, которого любишь? Где такие слова? Вот его фото. (Протягивает сестре фотографию.)

БЛАНШ. Офицер?

СТЕЛЛА. Старший сержант в инженерных войсках. Это все ордена!

БЛАНШ. И он был при полном параде, когда вы знакомились?

СТЕЛЛА. Уверяю тебя, я не была ослеплена этими побрякушками.

БЛАНШ. Да я не о том.

СТЕЛЛА. Ну конечно, с чем-то в дальнейшем пришлось и мириться.

БЛАНШ. С его средой, например! (Стелла смущенно смеется.) Как он принял известие о моем приезде?

СТЕЛЛА. А Стэнли еще и не знает.

БЛАНШ (испуганно). Ты не говорила ему?

СТЕЛЛА. Да он ведь все в разъездах.

БЛАНШ. По службе?

СТЕЛЛА. Да.

БЛАНШ. Прекрасно. То есть — вот оно что…

СТЕЛЛА (про себя). Мне так не по себе, когда его нет целую ночь…

БЛАНШ. Ну, что ты.

СТЕЛЛА. Когда же уезжает на неделю, просто на стену лезу.

БЛАНШ. О господи!

СТЕЛЛА. А вернется, реву у него на коленях, как маленькая. (Улыбается чему-то своему.)

БЛАНШ. Вот она, стало быть, какая — любовь…

Стелла поднимает на нее глаза, просиявшие улыбкой.

Стелла…

СТЕЛЛА. Да?

БЛАНШ (заставляя себя идти напролом). Я не донимала тебя вопросами. Буду надеяться, и ты отнесешься разумно к моему сообщению.

СТЕЛЛА. Какому, Бланш? (Лицо ее становится тревожным.)

БЛАНШ. Вот что, Стелла, ты будешь упрекать меня… и я знаю, от этого никуда не денешься… но прежде учти: ты уехала! Я не искала путей к отступлению и боролась до конца. Ты себе уехала в Нью-Орлеан искать своей доли. Я осталась в «Мечте» и боролась. Я не в укор, но вся тяжесть свалилась на мои плечи.

СТЕЛЛА. А что мне оставалось? Надо было самой вставать на ноги, Бланш.

БЛАНШ (ее снова знобит). Да, да, знаю. Но это ты отреклась от «Мечты», не я! Я оставалась до конца, билась не на жизнь, а на смерть! Чуть богу душу не отдала.