Некоторое время спустя. Подвальная квартира Николая. На столе стоит открытый чемодан. в котором максимально аккуратно, насколько это возможно для мужчины сложены рубашки и белье. На стуле сидит Аркадий и, корректируя в зеркальце свои действия, расковыривает вскочивший на подбородке прыщ. Дверь открывается, входят со свертками в руках Николай и Шустов.
АРКАДИЙ. Куда вы столько набрали?
ШУСТОВ. Бог с вами, Павел Андреевич, Коле ведь столько ехать… А в пути сами знаете все время покушать тянет.
НИКОЛАЙ. Аркадий помоги, все это распихать…
Аркадий встает, помогает.
НИКОЛАЙ. Ну, вроде все…
АРКАДИЙ. Может на посошок? У меня с собой коньячок замечательный имеется.
НИКОЛАЙ. Давай.
Аркадий достает из буфета рюмки и разливает коньяк из плоской фляжки.
АРКАДИЙ. За удачную дорогу.
Все чокаются и выпивают. Николай ставит рюмку на стол и садится на диван.
ШУСТОВ. Не жаль с друзьями прощаться?
НИКОЛАЙ. Жаль. Но ехать надо.
ШУСТОВ. Вы нам Коля писать не забывайте.
НИКОЛАЙ. Не волнуйтесь Максим Карлович, обещаю.
АРКАДИЙ. Нет дружище, не понимаю тебя… Из такой глуши выбраться и для чего? Чтобы все бросить и назад? У тебя же скоро выходит роман…
НИКОЛАЙ. Ты прекрасно знаешь что книжка вздорная. Не вышел из меня писатель.
ШУСТОВ. Позвольте не согласиться.
НИКОЛАЙ. А, бросьте… Я устал заниматься всякой чепухой, устал быть ненужным и бесполезным. Город не принимает меня, выталкивает. Мне надо вернуться домой, придти в себя и спокойно подумать.
Стук в дверь. Николай встает, открывает дверь, на пороге стоит Соня.
СОНЯ. Здравствуйте.
НИКОЛАЙ (несколько удивленно). Здравствуйте…
АРКАДИИ. А Соня! Что-то случилось?