Наталья: О ком 'о нем'? Ты на что намекаешь?

Владимир (устало): Да ни на что я не намекаю. Знаешь, как мне было обидно узнать за две недели до свадьбы, что ты меня никогда не любила, что замуж собралась только назло другому? Я-то тебя любил по-настоящему! А ты…

Наталья: Господи, о чем ты говоришь? Какой другой? Володенька, ты о чем?! Кому назло?! Что ты себе придумал?!

Владимир: Да ладно тебе… Спасибо, конечно, что заботишься о моих чувствах, но сейчас это лишнее, я ведь уже давно обо всем знаю, давно с этим смирился.

Наталья: Да с чем?! Можешь ты мне объяснить, наконец? С чем ты смирился? И кому назло я собралась за тебя замуж? Что ты мелешь?!

Владимир: Ковальскому. Ты же не будешь это отрицать.

Наталья (крайне удивленно): Ковальскому?! А причем тут вообще Ковальский? И почему ему 'назло'? Почему я должна была его злить?

Владимир (поморщившись): Ой, Натали, ну хватит притворяться! Это было к месту тогда, четыре года назад, но теперь, когда я смирился с правдой, давай не будем лгать друг другу.

Наталья: Давай! Я не собираюсь тебе лгать. Это ты все выдумываешь какие-то несуразные объяснения своему бегству. Причем тут Ковальский? Какое он к нам с тобой имеет отношение? Да, мы дружили семьями. Скорее даже, ты дружил с Ковальским, а я вынуждена была дружить с его Галкой — что мне еще оставалось? Ну дружили себе и дружили, кому от этого было плохо? И почему я назло Ковальскому должна была выходить за тебя замуж? Это уж совсем алогично! Я ведь его до знакомства с тобой и не знала. Где логика, Володенька?