Владимир: Может, и не знала. Однако это не помешало тебе влюбиться в него чуть позже, когда нас с тобой уже связывали некоторые отношения. И, зная, что Галку он никогда не бросит, ты решила выйти замуж за меня, чтоб не так обидно было. Ну, в смысле, раз уж он никогда не женится на тебе, не оставаться же старой девой…

Наталья: Грубо. Очень грубо, Володя. Я бы даже назвала это откровенным хамством. Намеки на возраст женщины неуместны при любом раскладе. Низко и подло. Тем более что не имеют под собой веских оснований. Так же, как и обвинения в моей якобы безответной влюбленности в Ковальского.

Владимир (с усмешкой, призванной скрыть ревность): А, так влюбленность не была безответной!

Наталья (оскорблено): Влюбленность была одна, но не в Ковальского. Догадайся с трех раз, в кого, если не в него?

Владимир (с иронией): Ой, неужели в меня? Ладно, Натали, хватит лгать. Прими, как факт, что я все знаю. Я не прошу, чтобы ты оправдывалась, я хочу только, чтобы ты нашла в себе мужество признаться во всем и не обвинять в своих бедах меня. Можешь даже не извиняться — только признайся, что я тебе нужен был лишь для того, чтобы и дальше иметь возможность видеться с Ковальским. А что, очень удобно — друг семьи, и никто никогда ни о чем не догадается.

Наталья: Да не нужен мне твой Ковальский! Даром не нужен! И не нужен был никогда! Если ты этого не понимаешь, не веришь в это, тогда просто прими как факт. Женатые мужчины для меня — табу. Я никогда в жизни даже не посмотрю заинтересованно в сторону женатого мужчины! И между прочим, с самого твоего отъезда я их даже не видела — ни его самого, ни Галку. Я с ними даже по телефону не разговаривала, даже не знаю, кто им сообщил о том, что свадьбы не будет. Может ты, может, твоя мама. По крайней мере, я-то с ними точно не общалась. Потому что они меня интересовали сугубо постольку, поскольку ты считал его своим лучшим другом. Так на каком основании ты утверждаешь о моей якобы влюбленности в Ковальского?