ЭЙНШТЕЙН

Только в искусстве. Гениальные физики, во всяком случае, известны античности, когда физика была еще искусством. Что до меня, я просто умею считать. У нас было несколько неясных моментов в теории волн и частиц, я устранил неясности и навел порядок. Я делаю свою работу как следует, вот и все.

МЕНУХИН

Я тоже только делаю свою работу как следует.

ЭЙНШТЕЙН

Вы тоже?

МЕНУХИН

Поверьте.

ЭЙНШТЕЙН

Что ж, возможно, это и отличает нас от большинства людей.

МЕНУХИН

Вы имеете в виду современную музыку?

ЭЙНШТЕЙН

Я имею в виду современную физику.

МЕНУХИН

Современная музыка, должен вам сказать, весьма странная вещь. Почему, спрашивается, когда есть музыка, нужно играть современную музыку? Все это дело лишено корней, лишено прочности. Уверяю вас, профессор, нет ничего сомнительнее и порочнее, чем эта атональная музыка.

ЭЙНШТЕЙН

Нет, сомнительнее всего индетерминизм.

МЕНУХИН

В самом деле, индетерминизм?

ЭЙНШТЕЙН

Тайны разума неисчерпаемы намного более, чем тайны неразумия. Давайте отвлечемся от современности, мы друг друга понимаем. (Находит пластинку). Вот же он, концерт Мендельсона.

МЕНУХИН

Да, это та запись, которую вы слышали.

ЭЙНШТЕЙН

Вы лично не были на радиостанции?

МЕНУХИН

Нет, теперь это не принято.

ЭЙНШТЕЙН

Поразительно. У меня к вам просьба, маэстро.

МЕНУХИН

Да?

ЭЙНШТЕЙН

Вероятно, она покажется вам бесцеремонной.

МЕНУХИН

Считайте, что она уже выполнена. Но вы должны ее высказать.

ЭЙНШТЕЙН

Вы доставили бы мне незабываемое наслаждение, если бы нашли время еще раз сыграть для меня этот концерт.

МЕНУХИН

С превеликим удовольствием.