Вернувшись из буфетной, Мэгги уселась за стол, вынула из верхнего ящика баночку лака для ногтей и занялась маникюром. Это была крупная, уверенная в себе девица из Сурбитона, весьма злая на язык, но всегда готовая проявить сочувствие, когда шипы злоязычия вонзались в душу собеседника.

Крикетный мяч выскользнул из руки Кристофера и покатился по столу Мэгги. Пытаясь его ухватить, Кристофер сбросил на пол груду писем, а мяч опрокинул баночку с лаком, и по строкам «Мы получили ваше письмо от 14-го числа» покатились розовые капли.

- Черт! - в сердцах воскликнул Кристофер.

В комнату вошел старик Купер, ведавший страховыми делами. Увидев разгром, он изобразил на лице неудовольствие, зажал пальцами нос и протянул мне бумаги, которые принес с собой.

- Твой голубок, Генри. Приготовь к полету как можно скорее.

- Хорошо.

Уже уходя, он обернулся к Мэгги и Кристоферу и сказал:

- Почему вы оба не можете работать так же хорошо, как Генри? Он никогда не опаздывает, у него во всем полный порядок, работу он делает как следует и вовремя. Вам следовало бы брать с него пример.

Я внутренне поморщился и стал ждать ответных действий Мэгги. В понедельник с утра она бывала в отменной форме.

- Ни за что и никогда, - возразила она. - Генри - чопорное, скучное, бесполое существо. Он вообще, похоже, неодушевленный предмет.

Ну и денек сегодня!

- Но он принимает участие в скачках, - мягко возразил Кристофер.

- Если он упадет с лошади и сломает обе ноги, его будет волновать только одно: правильно ли ему наложили швы.

- Гипс, - поправил я.

- Что?

- При переломах накладывают гипс.

- Кто знает, кто знает, - рассмеялся Кристофер. - В тихом омуте под названием Генри могут вполне водиться черти.