его собственное, не выполняет возложенной на него высокой миссии, оказывается фальшивым, недостойным, мелким, неоставляет писателя: “Идет война, погибают миллионы, а быт остается бытом.Писатели пьют водку, чествуют друг друга "гениями",— и пишут вздор” (25 декабря 1942 г.); “...похоже, что художники ходят по улице, а открыть дверь вквартиру, где происходит подлинная жизнь, страдает, мучается и геройствуетсовременный человек,— нет” (7 ноября1942 г.).

Такимобразом, общий пафос этой части дневников оказывается двойственным: с одной стороны, это восхищениемужеством, героизмом народа, с другойстороны — горечь, негодование, отчаяние, рожденные высокойтребовательностью к обществу, искусству,писателям и, прежде всего, к самому себе.

В этом смысле можно говоритьо том, что военные дневники Вс.Иванова во многом отличаются от уже существующейв русской литературе середины XX в. традициимемуарной прозы периодаВеликой Отечественной войны.

Вработе “Документалистика о Великой Отечественной войне” Л.К.Оляндер выдвигает главный,по мнению автора, принцип изложенияматериала в военных дневниках — “быть верным факту”*,т.е. подчеркивается строго документальная основа повествования, минимумличного, субъективного. Если рассматривать дневник Вс.Иванова с этойточки зрения, то мы увидим, с одной стороны, обилие фактов, касающихсянепосредственно военных событий, но приэтом постоянные упоминания о возможно искаженной официальной пропагандой их трактовке, многочисленные слухи идомыслы, возникающие вокруг этих фактов. И, безусловно, дневник Вс.Иванова —очень личный. Сам Иванов, записывая разговор с К.И.Чуковским одневниках, которые вели в то время оба писателя, утверждал: “Я ему сказал, чтоведу дневник о себе,— и для себя, так как,если удастся,— буду писать о себе во время войны” (28 марта 1943 г.).Так, например, читая ташкент-

__________

* ОляндерЛ. Документалистика о Великой Отечественной войне. Львов, 1990. С. 48.