— Не смешно, Кристен, я понимаю. Из ста человек лгут все сто. Исключения, если они есть, не вступают в конфликт с полицией.

— Вы наблюдательны, признаю. Тогда скажите мне, где вы были прошлой ночью.

— У себя в отеле, комиссар.

— Мне сказали, что вы уехали, Исмей.

— Я так сказал портье, чтобы некоторое время меня не беспокоили. Сам вернулся в отель через другой вход, чтобы ни с кем не встретиться, — тихо произнес англичанин, уставившись в пол.

— Что у вас случилось?

Исмей без лишних слов полез в карман и достал сложенную бумагу. Дрожащими пальцами развернув мятый лист, он разгладил его, пробежал глазами, словно желая ещё раз убедиться, что это именно то, что нужно, и положил бумагу перед комиссаром.

— Это я получил позавчера.

Кристен бросил быстрый взгляд на листок.

— Без подписи? — Он заглянул в бесцветные глаза англичанина. — Это вас испугало?

— Да. Прочтите.

Комиссар пробежал текст глазами. У человека есть сила воли, но не всегда хватает характера. Не хватило характера и комиссару Кристену, который пустился в тщательное изучение текста, напечатанного самым мелким шрифтом на портативной машинке.

"Уезжайте как можно дальше. Если останетесь, переступите грань, на которой стоите с момента прочтения этого письма. Уход на тот свет не бывает приятен. Подумайте об этом и позаботьтесь хотя бы о себе, если не о других!"

Откашлявшись, Кристен перечитал текст ещё раз. Прямая и открытая угроза Исмею… "Позаботьтесь хотя бы о себе, если не о других!"

Писал человек, хорошо знавший англичанина.

— Это пришло по почте?

— Нет, я нашел письмо на столе у себя в номере.

— Вы кого-нибудь подозреваете?

— Я никого здесь не знаю, кроме тех, с кем столкнулся при вас.

— Вы спрашивали у прислуги, кто был в вашем номере?

— Да, но они меня не понимали, а я не хотел все рассказывать. Судя по их ответам, меня никто не искал.