В ее взгляде появлялось все больше озабоченности. Во всяком случае я уже знал наверняка, что она разбирается в редких книгах не больше, чем в блошином цирке.

– А вы можете сказать, когда он придет?

– Боюсь, что поздно.

– Как жаль, – вздохнул я. – В самом деле жаль. Ладно, тогда я посижу на одном из этих прекрасных стульев и выкурю сигарету. Сегодня после обеда я не очень занят, мне нужно только обдумать свою лекцию по тригонометрии. – Понимаю, – сказала она. – Да...

Конечно.

Удобно устроившись в кресле, я закурил, воспользовавшись стоявшей на столе круглой никелированной зажигалкой. Женщина постояла немного, закусив нижнюю губу, с неопределенным выражением озабоченности во взгляде, потом кивнула и отвернулась к своему маленькому столику в углу. Она наблюдала за мной из-за лампы. Я заложил ногу на ногу и зевнул. Ее серебряные коготки придвинулись к телефону, стоявшему на столике, но не коснулись его, опустились и стали постукивать по крышке стола.

Молчание длилось минут пять. По прошествии этого времени входная дверь открылась и в ней показался высокий слащавый тип с тростью и здоровенным носом. Он нажал на ручку, игнорируя автоматический замок, прошествовал к столику, положил на него бумажный сверток, затем вынул из кармана бумажник с позолоченными краями и что-то показал блондинке. Она нажала кнопку звонка на столе. Высокий подошел к двери в деревянной перегородке и слегка приоткрыл ее – так мало, что едва протиснулся в нее. Я закончил одну сигарету и прикурил новую. Время тянулось медленно.

Сквозь закрытую входную дверь доносились отзвуки уличного шума и автомобильные гудки. Проехал большой красный автобус междугородного сообщения. Сменялись огни светофора на перекрестке. Блондинка уселась на стуле поудобнее, подперла лоб рукой и внимательно наблюдала за мной сквозь пальцы. Дверь в деревянной стене снова открылась и высокий мужчина с тросточкой выскользнул из нее. В руке у него был свежеупакованный сверток, по форме похожий на толстую книгу. Он подошел к столику и уплатил какую-то сумму. Вышел он так же, как и вошел, ступая на цыпочках и дыша раскрытым ртом, а проходя мимо, бросил на меня короткий подозрительный взгляд.