Родоплеменное единство повсеместно признает “людьми” членов своего рода, клана и затем племени. Внутриплеменная иерархия “людей” объясняет и тейповую организацию чеченцев, и разное место родов, кланов в самой вайнахской племенной (этнической) целостности. Как бы ни был высок пост в политической системе Чечено-Ингушетии, Чечне, “свободной Ичкерии” конкретного человека, его общественный статус определяется прежде всего тейпом (родом, кланом) и только после этого местом в общественно-политической организации. Это налагало отпечаток на государственное строительство в Чечено-Ингушетии, это тем более будет решающим фактором в “свободной Ичкерии”, которая во всей полноте познает прелести строительства государства (как формы бытия нации) при наличии родовой, клановой (тейповой) базы государственного строительства.

Эти же древнейшие оппозиции (архетипы) многое объясняют в рабовладельческой и заложнической практике чеченцев. С точки зрения рода (тейпа) и племени (вайнахской этнической общности), “люди” имеют право, должны и могут во имя выживания и благополучия заниматься столь специфическим делом, тем более, что оно не нарушает традиции, не противоречит обычному праву и моральным установлениям. Это такое же достойное занятие, как скотоводство, строительство коровников или ремесло. Не хуже, а может быть, и лучше, поскольку позволяет проявить смекалку, хитрость, мужество (в их понимании) и одноразово прирастить богатство семьи, клана, бандформирования. Поэтому осуждение работорговли и заложничества властями “свободной Ичкерии” — всего лишь пропаганда, и именно так ее воспринимают участники, соучастники и сторонние наблюдатели славного дела джигитов своего или чужого тейпа.