— Господи, ну и дурак же ты, Костя. Я тебе дело предлагаю, а ты хреновину плетешь. Ну да ладно, не о чем нам с тобой говорить.

— Я тоже так думаю. Тебя проводить?

— Не надо, я на машине.

— Что-то не заметил.

— Вот и хорошо, зачем мне было выдавать себя раньше времени. Моя визитка лежит на твоем письменном столе. Просто так, на всякий случай, может быть, понадобится. Привет жене и не кашляй, заяц.

— Не поминай лихом, дорогуша! Все-таки я тебя провожу. — Решительно натянув куртку, я резко дернул дверь. В ярком прямоугольнике света черная отскочившая фигура показалась мне зловещей. — Тебе какого черта здесь надо? — выходя вперед, грозно спросил я.

А дальше произошло непонятное… Блеснул клинок ножа, я автоматически сделал защиту, готовясь этот нож принять. Кнопка, стоящая где-то справа и чуть позади, вдруг резко и неожиданно вырвалась, в самый последний момент закрывая собой меня и мою блокаду.

Охнув, она согнулась и привалилась ко мне. Черная фигура метнулась вниз и, кажется, уже была этажом ниже.

— Милка, помоги! — заорал я благим матом, бросаясь вслед убегавшему. — Стой, сука! — кричал я в бессильной ярости, зная, что догнать его уже не смогу. — Убью, падла!

Когда я выскочил из подъезда, белая «шестерка» набирала скорость. И теперь догнать ее мог только Господь Бог. Номера ее, как и положено, были залеплены снегом.

«Скорую помощь» Милка уже вызвала. Кнопка лежала в передней на полу. Милка сказала, что так лучше. Она лишь расстегнула ей шубу и, оголив рану, залепила ее тампоном и клейкой лентой, не давая крови выливаться наружу. Но, несмотря на это, кровью был заляпан весь пол. Широко открытыми глазами она глядела в потолок и беззвучно плакала.

— Ты зачем под нож-то полезла? — опускаясь на корточки, спросил я.

— Сама не знаю, меня словно толкнуло что-то. Я умру, да?

— А вот это у тебя не получится, — искусственно рассмеялась Милка, и я понял, что дела хреновые. — Сейчас приедет доктор, промоет тебе кишки, заштопает, и будешь как новенькая. Главное, не волнуйся.