Слабой считалась работа по «латышам» и в Карельской АССР. В период «правления» там К.Я. Тениссона (латыша по национальности) было арестовано лишь 53 латыша. Вот что показал в 1938 году на следствии заместитель наркома внутренних дел Карелии А.Е. Солоницын: «Было заметно, что Тениссон крайне трудно шел на арест латышей. Подкреплю это примером: 3-й отдел составил итоговую докладную записку операции по латышам. Записка была сугубо формальной. При переделке записки была составлена просторнейшая схема расстановки латышей в карельском центральном и периферийном аппарате. Когда Тениссон узнал о новом проекте записки, отображающей подлинное лицо захвата латышами аппарата, он решительно настоял на выпуске 1-й докладной записки»

Возможно, латышское происхождение являлось неким сдерживающим фактором как для Заковского, так и для Тениссона. Недаром у Заковского в аппарате УНКВД служило немало латышей. Кроме уже упоминаемых Залпетера, Тениссона; назовем также заместителя начальника УНКВД майора ГБ М.Я. Состэ, начальника ОО ГУГБ НКВД Балтийского флота и (по совместительству) помощника начальника УНКВД капитана ГБ В.Я. Бирна, начальника отдела лагерей, трудовых поселений и мест заключения УНКВД капитана ГБ К.Я. Дукиса, заместителя начальника УРКМ и начальника ОБХСС УРКМ УНКВД капитана ГБ Я.М. Краузе, заместителя начальника ОК УНКВД капитана ГБ Я.П. Пакална, помощника начальника 11 — го (водно-транспортного) отдела УГБ УНКВД старшего лейтенанта ГБ А.И. Стамура.

На последнего руководство УНКВД в конце 1937 года дало отменную служебную характеристику: «Хороший следственник, провел несколько крупных политических контрреволюционных дел, сейчас ведет дело по обвинению ряда руководящих работников Балтийского морского пароходства и Ленинградского порта в контрреволюции, вредительстве, шпионаже, троцкистско-дивер- сионной деятельности… Авторитетен, имеет твердые волевые качества, в работе инициативен, много работает…»