Одним из главных «предателей-чекистов» Люшков и его подручные считали Масальского. Так, именно он, имея связи с террористической группой, передавал «…сведения о пребывании в Сочи Сталина на предмет подготовки и совершения террористического акта». Эти обвинения подтверждали многие арестованные, в том числе и бывший заместитель председателя Азово-Черноморского КИКа Л.И. Ароцкер: «В организацию входят Масальский… старый кадровый троцкист и… Финкель, личный порученец Рудя. На обоих нами возлагались большие надежды, как на террористов… потому, что они имели какое-то отношение к снабжению правительственных дач в Сочи»

Действительно, бывший начальник АХО УНКВД края в 1936 году во время своей поездки в Сочи, вместе с заместителем председателя Азово-Черноморского крайисполкома Е.Б. Фрумкиной, поведал той, где находится в Сочи дача Сталина, как она охраняется и в какое время там бывает «вождь народов». 31 октября 1936 года Фрумкина, как участник антисоветской троцкистской организации, была арестована органами НКВД

Активно разрабатывались и личные связи Масальского. Тот состоял в приятельских отношениях с рядом военных, арестованных к тому времени, по подозрению в подготовке государственного переворота — ДА. Шмидтом, В.М. Примаковым, С.А. Туровским, М.О. Зюком. Вскоре сотрудники УНКВД сумели получить показания, свидетельствующие о том, что Масальский в разговорах часто ссылался на свои связи среди военных заговорщиков: «Известные троцкисты Шмидт и Примаков являются его близкими друзьями, и он… связан с ними на троцкистской основе… Масальский (говорил. — Прим. авт.) — Шмидт и Примаков боевые ребята и никогда не подведут»

Сам арестованный отрицал любое свое участие во враждебной деятельности, не помогли и примененные к нему «особые» методы допросов. Его допрашивали несколько суток подряд, не разрешая садиться. Масальский стоял до тех пор, пока держали ноги, а потом лег на пол и поднять «…его не могли уже никакими пинками».