Дальновидный политик объективно оценивал перспективность в военном деле беспрецедентного для того времени открытия. В частности, он указывал: "…не будет никакой крепости, которую бы не можно было овладеть через угрозы с воздушных машин метанием огненных материй, каковых потушить невозможно".

Развитие нового вида оружия вызвало живой интерес среди российских военных, реально оценивающих возможности воздушных шаров в будущих войнах. Наиболее емко эту мысль выразил знаменитый русский полководец А.В. Суворов в словах: "Кабы мог я быть птицей, владел бы не одной столицей", мечтая о возможности создания в России своего Воздушного Флота.

В начале XIX века эта идея была поддержана военным ведомством. В июле 1803 года первым среди россиян в воздух поднялся генерал от инфантерии С.ЛЛьвов. Русский историк воздухоплавания А.Родных по этому поводу писал: "Участие генерала Львова в воздушном полете, по-видимому, было связано с особыми намерениями самого Императора Александра Первого придать к нашей действующей армии воздушный шар…".

Ход дальнейших событий наглядно показал серьезность намерений военного министерства использовать аэростаты в военном деле. Так, созданный по проекту немецкого изобретателя-инженера Франца Леппиха военный полужесткий управляемый аэростат (с экипажем до 40 человек, значительной бомбовой нагрузкой и специальными пороховыми ракетами)

Запуск аэростата "Надежда" на территории Учебного воздухоплавательного парка


Экипаж 9-го авиационного разведывательного отряда, "Вуазен LA", 1916 г.




2 из 140