Было бы недурно, если бы всех академических экономистов Гайдара, Ясина, Федорова посадить месяцев на 13-15 в Лефортовскую тюрьму со взяточниками. Они тогда по другому бы оценивали ситуацию в стране. Хотя может быть это все у них в будущем".

В связи с тем, что в то время было не принято судить коммунистов, вступившего перед этим событием кандидатом в члены КПСС в 1980 г. Бориса, предварительно исключают из кандидатов и предъявляют обвинения в нарушении статей 70 и 72 УК РСФСР ("антисоветская пропаганда"). По словам Кагарлицкого, "показания он дает только о себе, о других же лишь ознакомившись с их протоколами допросов, подтверждая или опровергая, уже сделанные показания. Ни один из подследственных претензий ко мне не предъявил". Обвинения, сделанные позже, уехавшим в Израиль, Ривкиным в журнале "Гласность", по словам Кагарлицкого, к нему не имеют отношения.

Помиловали "социалистов" после смерти Л.И.Брежнева. В октябре 1982 г. "следствие, составив 10 томов дела Кагарлицкого, с обвинениями в подготовке террористических актов", закончилось. Однако вместо обвинительного заключения подследственным принесли газету с некрологом. 5 марта 1983 г., в 30-летний юбилей смерти другого генсека, Бориса вызвал его следователь Балашов, за время следствия выросший из капитана в подполковники, и предложил написать прошение о помиловании, в связи с плохим состоянием здоровья родителей. 28 апреля Кагарлицкий вышел на свободу. По иронии судьбы второе знакомство со следователем произошло уже когда Балашова в начале 90-х гг., ставшего начальником следственного отдела ГУВД г.Москвы, представляли Борису Юльевичу - члену комиссии по законности Моссовета.