- И не думаю сердиться, миссис Мелвил. А впрочем, я и не посоветовал бы ей ехать в Париж, потому что она никогда не встретит там такого приема, как у вас.
- Что ж, вы много потеряете, - заметил мистер Уилсон.
- По-моему, больше потеряет она.
- И уж во всяком случае у вас не будет новых госпиталей, - смеясь, сказала миссис Мелвил.
Разговор продолжался в шутливом тоне. Через некоторое время мистер Уилсон снова обратился ко мне:
- Я вижу, что вас интересуют наши зрелища и наша реклама, - так вот вы попали к нам как раз вовремя. Завтра состоится продажа с аукциона первого билета на концерт госпожи Зонтаг.
- Продажа с аукциона! Можно подумать, что речь идет по крайней мере о железной дороге!
- Вот именно, и представьте себе: до сих пор на таких аукционах победителем оказывался не кто иной, как олбанийский торговец шляпами.
- Он, наверное, меломан? - спросил я.
- Он!.. Джон Тернер!.. Да он ненавидит музыку! Он воспринимает ее как весьма неприятный шум.
- Так зачем же он это делает?
- Чтобы расположить к себе публику. Это своего рода реклама. О нем будут говорить не только в нашем городе, но и во всех штатах, не только в Америке, но и в Европе; все будут покупать у него шляпы, и он легко сбудет свой залежавшийся товар и снабдит своими шляпами весь мир!
- Не может быть!
- Завтра вы сами убедитесь, что это именно так, и если вам понадобится шляпа...
- То я ни за что не куплю ее у этого человека! Должно быть, его шляпы отвратительны!
- Вот завзятый парижанин! - воскликнула миссис Мелвил, вставая и протягивая мне руку.
Я простился со своими хозяевами и перед сном размышлял о странностях американцев.
На следующий день я присутствовал на продаже с аукциона пресловутого первого билета на концерт госпожи Зонтаг, и при этом у меня был такой серьезный вид, как у самого флегматичного из граждан Соединенных Штатов. Все взгляды были устремлены на торговца шляпами, героя этой новой причуды. Его окружали друзья, восхвалявшие его так усердно, как будто он, Джон Тернер, - национальный герой, борец за независимость родины. Одни ставили на него, другие - на его многочисленных соперников.