Резолюция царя на рапорте Д.Ф.Трепова гласила: Согласен, но сожалею. Рачковскому назначить в награду 75 тысяч рублей из секретных сумм Департамента полиции и представить к ордену Станислава I степени [131]. Лишившись ключевого положения в Департаменте, П.И.Рачковскнй сохранил в то же время свою вторую должность - чиновника особых поручений IV класса при Д.Ф.Трепове. При таком положении, - отмечал в своем представлении Д.Ф.Трепов, действительный статский советник Рачковский остается в моем непосредственном распоряжении для исполнения ответственных поручений в области высшей политики и руководству надзором за правильностью розыскного дела в Империи [132].

Однако, с увольнением П.И.Рачковского от должности вице-директора Департамента полиции не спешили. Напротив, именно на декабрь 1905 года приходится едва ли не пик его полицейской активности. В первую очередь, это связано с ролью, которую сыграл Рачковский в подавлении восстания в Москве. Все аресты здесь, в том числе и членов Московского комитета РСДРП были во многом делом его рук [133].

Как вспоминал впоследствии бывший сотрудник охранки М.Е.Бакай, ездивший в декабре 1905 года в Москву, он сам был свидетелем того, как Рачковский привозил пудами погромные прокламации, печатавшиеся в Департаменте полиции ... [134].

Речь идет о так называемой типографии , оборудованной П.И.Рачковским в здании С.-Петербургского жандармского управления и находившейся под непосредственным управлением ротмистра М.С.Комиссарова. На печатном станке, отобранном у революционеров здесь действительно печатали в 1905 году прокламации патриотического содержания. Когда же объем работы возрос, П.И.Рачковский приобрел в Европе более совершенное оборудование и установил его у себя в секретном отделе [135]. Конечно, с формальной стороны, деятельность Рачковского, как отметил в своих мемуарах С.Ю.Витте [136], носила незаконный характер.