- Знаем мы его дела! - усмехнулся Флейшман, едва депутат вышел из салона. - Наверное, спикер хочет спросить, какая на Балтике погода, и не докучает ли морская болезнь? Развел здесь бодягу, словно мы только и мечтаем, чтобы государство обложило нас дополнительными налогами на содержание таких бездельников!

- Да, умничает Петр Ильич много, - осторожно согласился Грумов. Как человек далеко не первой молодости, он по привычке предпочитал в компаниях не очень критиковать представителей власти, хотя на свои деньги легко мог скупить добрую половину Думы.

- А ты тоже хорош! - повернулся к Флейшману Пашка Форинов. Сидишь с умным видом и замечания вставляешь!

- Так скучно же, Паша! Мужик ты неплохой, но кроме денег да баб говорить с тобой совершенно не о чем. Надо же кому-то разговор поддержать. Вдруг и Лудицкий понадобится?

- На хрен он нам сдался? - сказано было, разумеется, покрепче. - Тоже мне, фигура!

- Не скажите, молодой человек, - возразил на правах старшего и самого богатого Грумов. - Контакт с власть предержащими еще никогда и никому не мешал. Какая бы власть ни была, одним она обязательно вставит палки в колеса, на других будет равнодушно смотреть сквозь пальцы, а третьих возвеличит и создаст им все условия.

- Далось мне это величие! - Форинов налил рюмку коньяка и выплеснул ее себе в рот. - Лишь бы в мои дела не вмешивались, остальное я и сам зубами вырву.

- Да, зубки у тебя что надо! - чуть заметно усмехнулся Флейшман. - Такими в пору железо грызть!

Пашка воспринял сказанное как комплимент, потому что немедленно расплылся в самодовольной улыбке и продемонстрировал и в самом деле великолепные зубы. Впрочем, его внимание тут же переключилось на вошедшую в салон стройную молодую брюнетку в брючном костюме. В глазах Пашки замелькали плотоядные огоньки, как у кота, узревшего перед собой мышь.

- О! Никак сама Мэри! А фигурка у нее и в самом деле что надо! Такую и трахнуть не грех! Поставить ее рачком, а еще лучше посадить сверху, чтобы сиськи мотались...