Но на улице уже зажгли фонари, и их унылые блики заползли в размазанное от воды окно, а Арчибальд теперь стал различать контуры предметов. Он с удивлением увидел, как грач приподнялся со своего места, чуть вразвалочку подошел к его кастрюльке и, приподняв крышку крылом, шарахнулся, сдавленно вскрикнув: 'Ну и вонища, однако'! Затем он, одним крылом прикрыв свой клюв, другим, исхитрившись, схватил столовую ложку, зачерпнул кислую пену , да и бухнул ее в бидончик, где Даша держала свой любимый яблочный квас. Затем он опять все привел в порядок, крышку водрузил на место и коротко скомандовал: 'Пошли'.

Позже Арчибальд Иванович Востриков усиленно пытался сообразить и представить себе, как птица может использовать крылья в качестве рук и хватать ими ложки, а тем более приподнимать крышки. По этому поводу он даже консультировался с одним своим ученым знакомым, который в свое время поместил несколько заметок в журнале 'Юный натуралист'. Но и тот категорически отверг такую возможность - чтобы птица крыльями хватала столовые ложки и приподнимала кастрюльные крышки.

Но в этот момент изумленный Арчибальд особенно усиленным размышлениям не предавался, он схватил тяжелый чайник, прихватил баночку с медом и, сделав пару шагов, очутился у себя в комнате, будто кто-то перенес его одним махом через уродливо искривленное пространство старой обшарпанной квартирки.

Тут уже он проникся доверием и даже некоторой симпатией к своим непрошеным посетителям. Он даже несколько повеселел. Разговорчивый грач взглянул на него насмешливо и ласково-иронично проскрипел: 'А ты все же, малость плутоват, Арчибальдушка'. Арчибальдушка же чувствовал себя теперь свободней в странной компании. Слегка наглея, он, как бы между прочим, спросил прихлебывая чаек:

- Но кто же вы такие, позвольте вас спросить? Если не секрет, конечно.