- Каков нахал? - осклабился грач. - А, Мастер, что вы скажете?

- Полетит с нами, - буркнул, даже не взглянув в сторону Арчибальдушки, Мастер.

- Куда? - обомлел Арчибальдушка. Внутри у него опять что-то заныло.

- Излишнее любопытство никогда не доводило до добра.

- Но я не умею летать!

- Этому несложно научиться. А медок у тебя знатный!

- Липовый. Тетечка привезла, - заплетаясь, пролепетал Арчибальдушкин язык. - А вещи какие с собой брать?

- Вещи? - Маэстро задумчиво поскреб квадратный, как спичечный коробок, подбородок. - Вещей не надо! Вещи только мешают полету.

Арчибальд издал нечленораздельный звук, и губы его вновь вытянулись в капризную дудочку. Он готов был захныкать как ребенок. Ему страсть как не хотелось никуда улетать, куда-то срываться, нестись в безымянную промозглую тьму, представляя себя колючим ледяным струям. Но, кажется, полет неизбежен - слишком торжественный вид у этих двоих. Грач уже обсох и теперь был пышен и величав, и гладкие перья его, словно отполированные, ослепительно горели даже при свете тусклой пластиковой люстры, а седовласый, сделавшийся чрезвычайно серьезным и принявший облик суровый, резко поднялся.

- Значит, не полетишь с нами?

Арчибальдушка съежился, втянул голову в плечи, сгорбился, и тело его обмякло.

- Ну что ж, насилу мы тебя заставить не можем.

- Насилу не можем, - хриплым эхом отозвался грач, - хотя это и в наших силах.

- Оставайся, Арчибальд Востриков и воюй с Дашей. Завтра у вас будет жаркая схватка. Но окажи одну услугу.

- Пожалуйста, пожалуйста, - пропел воодушевленный Арчибальд.

- Как видишь, ливень еще хлещет, а нам бы не очень хотелось простужаться. Но у тебя мы так уже засиделись. Потому нам нужен зонтик.

Арчибальду было жалко отдавать свой черный большой зонтик, но тут снова вмешался несносный грач:

- А может останемся, Мэтр? Мне здесь явно начинает нравиться. Тем более, что этот тип не очень то горит желанием оказать нам маленькую услугу. А куда ж мы в такую погоду полетим?