— Подними гранату, — приказал я ему.

Тот поднял, подал ее мне. Ф-1. И правда, без взрывателя. Верить этому дядьке или нет? Может, бросили винтовки и драпанули с позиций? Кто их знает. А теперь валяют дурака, чтобы я их к березке не поставил. Дядька на меня посмотрел и говорит:

— А ты что, лейтенант, с этим собираешься против их танков воевать? — И кивнул на трофейный автомат сержанта.

Вести их в тыл? Но с ними надо отряжать человека, а то и двоих. Вернутся ли они, если немцы действительно пошли в наступление? Или только ослаблю свою группу, которая и без того слабая. Я знал, как действуют их передовые части: выскочат несколько мотоциклов с пулеметами и разметают мой взвод, разгонят по березняку, перебьют бегущих. А если бронетранспортер появится… О танке я уже и думать не смею. Успокаивал себя тем, что танки сюда не пойдут, когда рядом, в нескольких километрах, есть шоссе.

— Пойдете с нами. Запалы для гранат получите перед боем. А винтовки… Винтовки еще заслужить надо. Уничтожите врага — возьмете его оружие.

— Ох, хлюст… — Это мне опять тот дядька — и опять зло, сквозь зубы.

— Ты что?! — Я и по кобуре похлопал. — Смотришь на меня, как на врага. А разговариваешь так, словно на два ранга выше меня.

Он опять усмехнулся и говорит:

— Да я, может, на три ранга выше тебя.

— А почему же петлицы не соответствуют званию майора?

Повернули мы их, повели. Только зря я слова и нервы на них тратил. Ночью, когда я приказал спать всем, кроме часовых у моста, они, все четверо, сбежали. Да еще наш котелок прихватили.

Пост мы сменили. Постовые, трое бойцов с сержантом, пошли было по дороге в полк. Но вскоре вернулись назад. Кругом гремело, и они побоялись попасть к немцам. У нас была задача: удерживать мост до вечера следующего дня. Но если подойдет бронетанковая колонна, взорвать мост и скрытно отходить к позициям полка.