- Я ведь тебе нравлюсь? Тогда сними это, - она взглядом указала на ладанку на его голой груди.

Федор молча покачал головой. О своем обещании он даже и не вспоминал. Просто ему было интересно - и немного жутко. Как вечером в знакомой уютной комнате читать страшный рассказ.

- Ну что ты с ним так долго? - прозвучал откуда-то сбоку негромкий, мелодичный и очень уверенный в себе голос.

- У него оберег, - не повернув головы, ответила женщина. - И снимать не хочет.

- Приведи его сюда, - скомандовал тот же голос, и Федор повернулся, чтобы посмотреть, кто там еще.

Влево, дальше от плотины, за корявой развесистой березой, к которой приткнулся автомобиль, протянулась между урезом воды и откосом ровная, поросшая мелкой травой, площадка. На ней, частично заслоненные березой и несколькими кустами вокруг нее, водили хоровод, кружились, танцевали точно так же одетые девушки. Их было не менее десяти, некоторые были нагими. Движения их походили, скорее, на аэробику - из тех, что напоминают танец, а не гимнастические упражнения. Одна из них стояла неподвижно в центре полянки и смотрела в их сторону. Федор не отводил от них взгляда несколько секунд, ему уже начало казаться, что он слышит музыку...

Его грубо вернул к окружающей действительности резкий рывок. Собеседница Федора с неженской силой схватила его за запястье и потянула за собой, на полянку, где резвились ее товарки. Федор резким движением освободился от захвата - с дзюдо она явно знакома не была. Он коротко глянул в ее сторону - никаких следов удивления или раздражения на прекрасном мраморном лице заметно не было.