Брайен был заботливым мужем, и поэтому сперва направился в гостиную, а не на кухню. Еда и так уже сгорела — несколько минут ничего не решат. Он увидел привязанную к стулу Рози, кинулся к ней, чтобы обнять и утешить, но тут заметил кровь. Мистер Маккехни развязал чулок, стянувший ей рот, освободил запястья и ноги, взял ее лицо в ладони, поцеловал в щеки и лоб: Рози смотрела на мужа глазами потерянного ребенка и не могла вымолвить ни слова. После нескольких минут мучительной тишины Брайен подошел к телефону и вызвал семейного врача, затем позвонил в полицию. Когда он положил трубку и вернулся к жене, та вдруг спросила:

— Кто такая Барбара?

— Барбара? Не знаю. А что?

Но Рози просто глухо повторила:

— Кто такая Барбара?

Маккехни нахмурился и ринулся на кухню спасать остатки ужина. Барбарой звали его нынешнюю любовницу. Но любовницей она стала совсем недавно — кто и как мог об этом узнать? И для чего? Какое отношение это имеет к нападению на жену? Почему ценные георгианские подсвечники так и стоят на столе в гостиной? Почему ничего не тронули?

Зайдя на кухню, Маккехни обнаружил, что ущерб все-таки нанесен. То, что медленно поворачивалось на вертеле в духовке, определенно был не ужин Брайена Маккехни.

Глава вторая

Приехал врач, наложил тринадцать швов, дал миссис Маккехни успокоительное и уложил в постель. Часом позже прибыли двое полицейских, извинились за задержку, сославшись на нехватку кадров, увидели, что жертва находится под действием лекарств, задали мистеру Маккехни пару бесполезных вопросов, велели ему ничего не трогать («Что значит — ничего?» — возмутился он), бегло осмотрели двери и окна и обещали вернуться на следующий день.