- О! тогда я готова пулю себе в лоб пустить...

И она опять спохватилась на этом противном женском окончании "готова"...Она вся вспыхнула... Офицеры заметили это и переглянулись. Надо было найти в себе

страшную энергию, чтобы не выдать себя - и девушка нашлась.

- Ах, противная привычка! - сказала она, вся красная как рак. - Я говорю иногда точно девочка, а это оттого, что я с сестрой всегда шалил: я говорил женскими окончаниями, а она мужскими - ну и привыкли...

- Но отчего, скажите, батюшка ваш не хотел, чтобы вы служили в военной службе?

Девушка замялась. Она, по-видимому, не на все вопросы могла отвечать, не на все приготовилась. А этих вопросов впереди еще было так много; да и какие еще могли быть впереди!.. Она молчала.

- Вероятно, по молодости, - заметил другой офицер. Девушка все еще не знала, что сказать; но наконец решилась.

- Мне тяжело отвечать на некоторые вопросы, - сказала она. - Ради Бога, господа, простите меня, если я не всегда буду отвечать вам... Есть такие обстоятельства в моей жизни, которых я никому не смею открыть. Но верьте - моя тайна не прикрывает преступления.

- Ну, простите, простите... мы из участия только.

В то же утро к часам двенадцати назначено было выступление. Со всего села казаки небольшими партиями съезжались к сборному пункту - к квартире полкового командира. К этому же пункту со всего села бежали бабы, девки, ребятишки, чтобы взглянуть на невиданных гостей. Казаки чувствовали это и рисовались: бодрили своих заморенных лошаденок, заламывали свои кивера набекрень так, что они держались на голове каким-то чудом, а иной с гиком проносился мимо испуганной толпы, выделывая на седле такие штуки, какие и на земле невозможно бы было, казалось, выделать.

Выехал, наконец, со двора и полковник, сопровождаемый офицерами. Выехала и юная героиня на своем Алкиде.

Казаки, завидев ее, пришли в изумление - не все знали о появлении этого нечаянного гостя.