Его грудь украшало множество медалей и орденских планок. Хотя внешним видом капитан внушал благоговение, по характеру он был весельчаком и балагуром, всегда готовым дружелюбно пошутить. Он любил при случае рассказать анекдот из жизни моряков или поведать о каком-то своем приключении. Иногда капитан приносил маленькие подарки для приятелей Пауля. А в прошлом году он даже зафрахтовал баркас и пригласил друзей сына на экскурсию в порт.

- Ну как? - спросил Пауль, видя, что его друг все еще колеблется. Взволнованный Майк порывисто встал. "Почему бы и не пойти? - спросил он сам себя. - Быть может, я сумею уговорить его отца провести меня на корабль под видом слепого пассажира?"

Приближение каникул чувствовалось и в кабинете директора. Письменный стол, стоявший в прихожей, опустел. Секретарша Макинтайра, очень прилежная и исполнительная, была по характеру полной противоположностью своему шефу. Эта веселая женщина, любившая пошутить, вечно болтала как сорока, и там, где она появлялась, возникала неразбериха. Собираясь уходить, она уже надела пальто, теплые зимние сапоги и модную широкополую шляпу с вуалью. Как назло, Майк и Пауль именно в этот момент и столкнулись с ней. Секретарша с улыбкой оглядела воспитанников интерната.

- А, господин Винтерфельд-младший, - вежливо сказала мисс Маккрудер. Наверное, ты пришел подслушать, о чем господин директор говорит с твоим отцом? - Она подмигнула Паулю, подошла к письменному столу и в последний раз придирчиво осмотрела, не осталась ли на его полированной поверхности хотя бы одна пылинка, которую она не стерла. - Но у тебя ничего не выйдет.

Пауль и Майк растерянно переглянулись. Они пришли вовсе не для того, чтобы что-то узнать. К тому же обивка на двери в святая святых Макинтайра была слишком плотной. Выстрели за нею даже пушка - и то не будет слышно.

Но тут дверь открылась, и из кабинета вышел директор Андара-Хаус вместе с капитаном Винтерфельдом.