Когда он обсох, мы начали его украшать, вплетая в гриву и хвост самые красивые перья, какие только имели. И вскоре конь наш стал красивее коней всех воинов из лагеря Молодых Волков и больше напоминал верхового коня какого-нибудь великого вождя, чем единственного коня многих маленьких ути.

Мы быстро проверили, что он умеет. Отец постарался дать нам умного друга. Конь был хорошо объезжен, нам не стоило никакого труда сесть на него. По свисту он ложился на землю, потом снова по свисту поднимался, менял шаг и направление по едва ощутимому прикосновению руки. Галоп у него был плавный и длинный, а на его спине легко могли поместиться даже три знаменитых всадника из селения Молодых Волков.

Как раз заходило солнце, когда я на украшенном коне, окруженный сверстниками, подъехал в сиянии красных и желтых лучей к шатру Танто, чтобы поделиться с братом своей гордостью и радостью.

Танто внимательно осмотрел коня, одобрительно кивая головой, сел на него и, меняя ход от шага до галопа, проехал вокруг Места Большого Костра и осадил его на полном скаку так, что копыта мелькнули прямо над нашими головами.

Танто улыбался.

- Хороший конь, - сказал он. - Береги его и будешь иметь друга, который сумеет тебя уберечь.

Он на минуту скрылся в шатре, вынес волчью шкуру и стремена и набросил их на спину моего коня.

О, как же я был богат!

- Прими этот подарок, - сказал Танто, - от своего брата, и пусть поможет тебе Великий Дух в твоей молодой жизни. Завтра, прежде чем солнце поднимется над верхушками деревьев, - он показал на буки на востоке, - приходи ко мне, а твой конь пусть пасется вместе с конями воинов.

Задолго до назначенного времени я был у брата. Из нескольких шатров поднимался в небо тонкими и прямыми столбиками дым, обильная роса и сползающий к реке туман обещали ясную погоду. Со стороны леса доносился гомон птиц. Мягкий ветерок пах живицей и лесными травами.