Вовка, по-моему, его звали. Так он с этим Вовкой на то дело и пошел. Ну, магазин они грабанули. Потом, когда Омельченко взяли, он Вовку этого отмазал. Жора не стал настаивать, пожалел парня, хотя мог и его вину доказать. Так этот Вовка потом пороги обивал, просил, чтобы брата не сажали. Денег предлагал. Ну, тут уж Жора не принцип пошел. так этот Вовка и ушел не солоно хлебавши. А Омельченко на весь зал суда орал, что Жору на перо посадит, все слышали. Вот, а сам через пару лет богу душу отдал.

– А от чего?

– Надорвался, кажется. Но ты не думай, криминала там никакого нет. Своей смертью умер. Так что некому мстить.

– Миша, а где сейчас этот Вовка? – задумчиво спросила я.

– Да откуда же я знаю! – пожал плечами Миша. – Если не спился и не посадили, то гуляет где-то. Скорее всего, в криминальной среде где-нибудь. Во всяком случае, библиотекарем себе его представить не могу.

– Миша, а как его найти?

– Да не знаю я, чего ты ко мне пристала? На фига он тебе сдался? Маешься черт знает, чем!

– Миша, мне нужно просмотреть это дело! – решительно заявила я. – Очень нужно!

– Полина, ты же понимаешь, что я…

– Мишечка, я все понимаю. Помоги мне – а я помогу тебе.

– Да как ты мне можешь помочь?

– Э, не скажи! Я тоже как следователь кое-чего стою, хоть и не профессионал. Не зря свою контору открывать собиралась. Обещаю – если что найду – сразу сообщу тебе. Давай вести расследование параллельно?

Раскисший от бесплодных мыслей Миша вяловато махнул головой.

– Ну ладно, – проговорил он. – Давай сходим в архив. Там как раз сейчас Колька Кравцов сидит, друг мой. Посмотрим. Но только быстро!

– Две минуты! – заверила я его, и мы пошли в архив.

– Миша, а из какого пистолета стреляли в Жору? – спросила я по дороге.

– Из «ТТ»-шника, – отозвался Михаил.

В архиве скучал, еле сдерживая зевоту, Николай Кравцов, невысокий, широкоплечий парень лет тридцати. Он сидел, обхватив руками голову, которая была готова вот-вот свалиться на стол от настойчиво наваливающегося на нее сна.