В корме лежал еще деревянный самодельный баул с висячим замочком. Теперь таких и не встретишь, каждый отправляется в дорогу с чемоданом, купленным в магазине. А еще несколько лет назад многие сами ладили сундучки и баулы. Особенно сезонники и завербованные на стройки. Многого тогда не хватало. Но на нехватки в ту пору не принято было обращать внимание - нет, что делать, и так обойдемся. И обходились, что-то ладили сами, приспосабливали то, что можно было приспособить.
Баул хоть и невелик, а увесист, значит, не пустой. Открывать его Алексей пока не стал - успеется.
Баул, должно быть, принадлежал кому-то из плотников, которым предстояло работать на зимовках. Может быть, одному из тех, кто лежал рядом с Юркой.
Еще Алексей нашел две иголки, обмотанные одна белой, другая черной нитками. Они были воткнуты в полу ватника. А в кармане бушлата оказался карандаш, блокнотик, бинт и клочок ваты.
Но всего этого было мало, ничтожно мало, и с этим малым предстояло Алексею Башилову жить на острове.
А сколько тут придется пробыть, он даже приблизительно предположить не мог. И как жить на голом арктическом острове, где, кроме холодного галечника, ничего нет?..
Но он вымотался до изнеможения, и как только улегся в шлюпку, укрылся теплым ватником, тут же заснул.
* * *
Проснувшись, Алексей не сразу понял, где находится и что с ним. День, как вчера, выдался погожий. Радостно светило успевшее подняться солнышко, зеркальная поверхность моря отражала небесную голубизну. Все казалось умиротворенным и тихим.