- Мне сказали, что моего отца звали Полковником.

- А твои отец с матерью живы? - спрашивает он.

- Нет, - говорю я, - отец мой умер.

- А где же твоя мать? - спрашивает он.

- Матери у меня никогда не было, - отвечаю я.

Тут он рассмеялся.

- Как же так, - говорит он, - а кто же у тебя был тогда, если не мать?

- Кормилица, - ответил я, - но она не была мне матерью.

- Ну вот что, - говорит он тому господину, - могу побиться об заклад, что не этот мальчик украл ваши бумаги.

- Честное слово, сэр, я их не крал, - сказал я и опять заплакал.

- Не надо, не надо, малыш, - сказал он. - Мы и не думаем, что это ты. Он мальчик смышленый, - говорит он господину, - но слишком невежественный и доверчивый, просто жалость берет, что некому присмотреть за ним и помочь. Давайте-ка потолкуем с ним еще немного.

И они сели, стали пить вино и меня угостили, а потом чиновник опять стал задавать мне вопросы.

- Ну, - сказал он, - а что ты, собственно, собираешься делать с этими деньгами, которые ты получил?

- Еще не знаю, - ответил я.

- А куда ты их положишь? - спрашивает он.

- В карман, - отвечаю я.

- В карман? - спрашивает он. - А карман у тебя целый? Ты не потеряешь их?

- Нет, - говорю я, - у меня карман целый.

- А куда ты их денешь, когда придешь домой?

- У меня нет дома, - ответил я и опять заплакал.

- Бедняга! - воскликнул он. - А чем же ты вообще пробавляешься?

- Хожу по поручениям, - говорю я, - для тех, кто живет на Розмэри-Лейн.

- А где же ты спишь ночью?

- Ночью я сплю на стекольном заводе, - сказал я.

- Спишь на стекольном заводе? Разве там есть кровати? - спросил он.

- А я на кровати никогда и не спал, - сказал я.

- На чем же ты тогда спишь там, на стекольном заводе? - спрашивает он.