Мне бы, однако, хотелось еще раз повторить, что при составлении подобного универсального теста следует руководствоваться тем, чтобы все наши вопросы в совокупности охватывали понятие одиночества по крайней мере в такой же степени, как один-единственный вопрос: "Вам одиноко?" Определение детального соотношения баллов нашего теста явлениями несомненного одиночества подействовало бы на нас в общем и целом успокоительно. Но в действительности такое соотношение не представляется убедительным, поскольку указанная корреляция могла быть получена на основе данных о явлениях, которые, по существу, лишь вызывают ассоциации с одиночеством, например сосредоточенности человека на своем внутреннем мире или стремлении проводить время одному. И в том же время это привело бы к пренебрежению явлениями, непосредственно относящимися к одиночеству, например когда человек истосковался по собеседнику, с которым можно поделиться своими чувствами.
Вероятно, следует принять во внимание и возможность такого подхода к изучению одиночества, как показ респондентам картин, которые преднамеренно вызывают ассоциации с одиночеством: например, портрет человека, смотрящего в окно. Респондентов можно было бы попросить описать действие, запечатленное на картине, и что изображенный на ней человек, возможно, ощущает, а потом спросить, приходилось ли им испытать то же самое чувство, давно ли и как часто. Можно было бы, наверное, разработать способ кодирования таких ответов, чтобы систематически им пользоваться. Этот подход представляется многообещающим, ибо он мог бы помочь респондентам более правдоподобно описать свои чувства одиночества и в то же время снабдить нас данными для систематического анализа. Сразу же оговорюсь, что у меня нет собственного опыта применения этого метода и нет уверенности в том, что он окажется эффективным.